Сохранение языка и культуры – это личная ответственность каждого

08.04.2006.
 
31 марта сайт Европейского русского альянса опубликовал информацию об очередной волне нападок на финское издание Focus, вызванной интервью о русофобии в Финляндии. Участник Альянса Анна КОЧАРОВА, хорошо знакомая с проблемами иммигрантов изнутри, делится своим видением ситуации в стране.

- Анна, можно ли назвать русофобию основным или одним из основных проявлений ксенофобии и нетерпимости в Финляндии, или другим национальным меньшинствам достается еще больше?

Национальные меньшинства – это отдельный разговор. А вот иммигрантов не любят. Из иммигрантов русские – большинство.
Я слышала, что это, дескать, нормально и естественно, называется - самозащита этноса. Однако иммигранты так просто из ничего не заводятся: нужна виза, документы – т.е. кто-то их пригласил, зачем-то завёз. Так вот ежели ты сам завёз, на пособие посадил, экономика твоя не справляется – иммигрант становится жертвой твоей легкомысленности: он тебе поверил и годы жизни в твоей стране потерял. Как же можно его дальше наказывать за твои же собственные ошибки ?!

- Исходит ли русофобия в первую очередь от более молодого или от старшего поколения?

Это трудно сказать. Наверное, в каждом поколении есть свои примеры, но в целом молодежь более открыта к влияниям извне: многие из них уже побывали за границей и не имеют предрассудков.

- С какими проявлениями этнической нетерпимости и дискриминации столкнулись лично Вы, когда приехали в Финляндию?

Как только я пошла в школу, я сразу захотела учить шведский язык, но несмотря на то, что все финские школьники учат его в обязательном порядке, мне это запрещала администрация: мол, выучи сначала финский, а потом посмотрим. Я поменяла школу, но всё повторилось. Надо сказать, что в Финляндии нельзя занимать целый ряд государственных должностей, не имея справки об изучении шведского языка в школе (при этом вовсе не обязательно на нём говорить).
В школе я была намного лучше других по математике и английскому, но оценки мне постоянно занижали. Там, где занизить было нельзя – например, по математике либо решил, либо нет – меня постоянно тормозили, не поощряли мои занятия по другой программе. Причём всё это делалось учителями, со стороны однокласников проблем не было.
Для контраста скажу, что в США, где я жила до Финляндии, отношение к моим способностям в школе разительно отличалось: мне специально достали учебники более высокого уровня, давали отдельные задания и тесты.

- Как русскоязычные жители Финляндии склонны реагировать на нетерпимость к ним со стороны финнов? Многие ли стараются поскорее раствориться в финском обществе, отказавшись от всего, что напоминало бы об их национальности?

Когда мы только приехали, ходило много страшных россказней о том, как родители запрещают своим детям читать и даже говорить по-русски. Позже в школах ввели обязательное изучение родного языка в объёме двух часов в неделю, который русскоязычным детям преподают русскоязычные учителя. Затем оказалось, что тем, кто в школе изучал не финский язык как родной, пусть даже только два часа в неделю, требуется сдавать дополнительный экзамен по финскому языку при поступлении в вуз. Вот и выбирайте.

- Что, на Ваш взгляд, могли бы делать русскоязычные жители Финляндии для того, чтобы отстаивать свои права и бороться с русофобией? Лично мне кажется, что в какой-то мере люди получают то, чего они заслуживают. Например, на Украине множество русских отдают своих детей в украинские школы, добровольно ускоряя ассимиляцию. Если бы русские Латвии – наверное, наиболее политически активная русская диаспора Европы - поступали так же, то у нас сейчас не было бы хотя бы того покалеченного образования на русском языке, которое мы имеем сегодня. Большинство русских школ просто оказалось бы закрытыми и реорганизованными в латышские.

Чтобы отстаивать, бояться и молчать надо меньше. А у нас финский национальный синдром: критикуем всё чужое (и правильно делаем), а про свои проблемы мы, финляндцы, молчим: не дай бог кто узнает.
Права свои знать надо, больше ориентироваться на внешний мир, не замыкаться на Финляндии: мы ведь в Европейском Союзе живём, у нас есть общие проблемы и общие права – надо этими правами пользоваться.

- А возможно ли вообще сохранить свою культуру, язык, национальную идентичность при таком небольшом проценте русских, как в Финляндии? Ведь сохранение русской культуры - это не только воскресные мероприятия с сарафанами, самоварами и хохломой, а скорее чтение книг на русском, регулярное общение на родном языке?

Что касается воскресных мероприятий с сарафанами, самоварами и хохломой, то я ещё не то поколение: оставим это для моих внуков. Мне кажется, что во многом сохранение языка и культуры – это личная ответственность каждого, и чем больше человеку грозит потерять, тем скорее он будет бороться за сохранение и преумножение своего богатства.

- Большое спасибо за беседу!
 
С Анной КОЧАРОВОЙ беседовала Алина ПЕТРОПАВЛОВСКАЯ (Рига, Латвия).
Читайте также: Русскоязычное население Финляндии

Отличный почин и материал тоже! Надеюсь, ваше - Анна и Алина творческое сотрудничество продолжится. Было бы интересно узнать также мнение наших соотечественников из Финляндии по данным в этом интервью оценкам. Ждем с нетерпением.

Я, как представитель Финляндской Ассоциации Русскоязычных обществ (ФАРО), очень рада, что наша соотечественница Анна Кочарова так активно участвует в распространении информации о русскоязычных в Финляндии и даже представляла их на Конференции в прошлом году. Очень сожалеем, что ни одна общественная организация русскоязычных в Финляндии не только не была приглашена организаторами конференции в Брюсселе в 2005 году, но даже не получила никакой предварительной информации об этом мероприятии.
ФАРО насчитывает более 25 организаций- членов из разных регионов страны и активно действует с 2003 года.
В связи с этим особый, как вы понимаете, и вполне естественный интерес к тексту выступления Анны Кочаровой по Финляндии. Как можно с ним ознакомиться? Во всяком случае, в ответах на вопросы по Финляндии и в данном интервью, просматривается, на наш взгляд, недостаточная осведомленность Анны о положении русскоязычнвх.
В то же время в Финляндии уровень информированности русскоязычных о самих себе давно перерос стадию отражения личных впечатлений и субъективных оценок отдельных иммигрантов. К сожалению, многочисленные материалы по Финляндии, в т.ч. по опыту интеграции и законодательному закреплению, например, языковых прав, составленные, собранные, опубликованные активистами ФАРО не нашли пока своего отражения на этом сайте и в анализах положения русскоязычных в ЕС.
Мы предлагаем авторам сайта и руководителям Альянса использовать информацию ФАРО, размещенную в т.ч.по адресу www.faror.com, с указанием ссылки на источник и авторов.
Кстати, одно из недавних перекликается с темой интервью - обращение ФАРО к общественности и властям страны по вопросу об отношении к русскоязычным, опубликованное в феврале 2006 года. Мы также готовы ответить на интересующие коллег/соотечественников вопросы по Финляндии и/или предоставить контактные данные других финляндских организаций русскоязычных и специалистов.

Уважаемая Анна Лескинен,
Дайте мне адрес, и я с удовольствием вышлю Вам текст моего прошлогоднего выступления, которое кстати во многом основывалось и на Ваших результатах, с соответствующими ссылками на Вас и на faror. Мне было очень приятно и полезно с Вами беседовать перед поездкой на прошлогоднюю конференцию в Брюсселе, и я надеюсь, что эта беседа будет не последней. В частности, меня очень заинтересовало упомянутое Вами обращение ФАРО: в каких не русскоязычных СМИ оно опубликовано?
Насколько мне, как русскоязычному гражданину Финляндии, известно, русскоязычные жители нашей страны ещё не имели возможности избрать своего законного представителя куда-либо, и, следовательно, такового не имеют.